202d5824     

Соловьев Леонид - Повесть О Ходже Насреддине 1



ВОЗМУТИТЕЛЬ СПОКОЙСТВИЯ
ЛЕОНИД СОЛОВЬЕВ
ПОВЕСТЬ О ХОДЖЕ НАСРЕДДИНЕ #1
Ходжа Насреддин, веселый бродяга тридцати пяти лет от роду, в зените своей
славы возвращается в Бухару. Он остр на язык и гибок умом, он любит простых
людей и ненавидит несправедливость. Недаром от одного его имени трепещут
правители средней Азии.
Но в родном городе его не ждет спокойная жизнь. Эмир Бухары и его
приближенные не дают жизни своим подданным.
Первая книга Леонида Соловьева о похождениях веселого народного героя,
основанная на народных анекдотах о великом защитнике простого люда Ходже
Насреддине.
И сказал ему я: "Для радости тех, что живут со мною на земле, я напишу
книгу,– пусть на ее листы не дуют холодные ветры времени, пусть светлая весна
моих стихов никогда не сменяется унылой осенью забвенья!.." И – посмотри! – еще
розы в саду не осыпались, и я еще хожу без клюки, а книга "Гюлистан", что значит
"Цветник роз", уже написана мною, и ты читаешь ее…
СААДИ
Эту историю передал нам Абу-Омар-Ах-мед-ибн-Мухаммед со слов Мухаммеда-ибн-
Али-Рифаа, ссылавшегося на Али-ибн-Абд-аль-Азиза, который ссылался на Абу-Убей-
да-аль-Хасима-ибн-Селяма, говорившего со слов своих наставников, а последний из
них опирается на Омара-ибн-аль-Хаттаба и сына его Абд-Аллаха,– да будет доволен
аллах ими обоими!
ИБН-ХАЗМ, "Ожерелье голубки"
Памяти моего незабвенного друга Мумина Адилова, погибшего 18 апреля 1930
года в горном кишлаке Намай, от подлой вражеской пули, посвящаю, благоговея
перед его чистой памятью, эту книгу. В нем были многие и многие черты Ходжи
Насреддина – беззаветная любовь к народу, смелость, честное лукавство и
благородная хитрость, – и когда я писал эту книгу, не один раз мне казалось в
ночной тишине, что его тень стоит за моим креслом и направляет мое перо.
Он похоронен в Канибадаме. Я посетил недавно его могилу; дети играли вокруг
холма, поросшего весенней травой и цветами, а он спал вечным сном и не ответил
на призывы моего сердца…
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Рассказывают также, что один простак шел, держа в руке узду своего осла,
которого он вел за собою.
Триста восемьдесят восьмая ночь Шахразады
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Тридцать пятый год своей жизни Ходжа Насреддин встретил в пути.
Больше десяти лет провел он в изгнании, странствуя из города в город, из
одной страны в другую, пересекая моря и пустыни, ночуя как придется – на голой
земле у скудного пастушеского костра, или в тесном караван-сарае, где в пыльной
темноте до утра вздыхают и чешутся верблюды и глухо позвякивают бубенцами, или в
чадной, закопченной чайхане, среди лежащих вповалку водоносов, нищих, погонщиков
и прочего бедного люда, с наступлением рассвета наполняющего своими
пронзительными криками базарные площади и узкие улички городов. Нередко
удавалось ему ночевать и на мягких шелковых подушках в гареме какого-нибудь
иранского вельможи, который как раз в эту ночь ходил с отрядом стражников по
всем чайханам и караван-сараям, разыскивая бродягу и богохульника Ходжу
Насреддина, чтобы посадить его на кол… Через решетку окна виднелась узкая
полоска неба, бледнели звезды, предутренний ветерок легко и нежно шумел по
листве, на подоконнике начинали ворковать и чистить перья веселые горлинки. И
Ходжа Насреддин, целуя утомленную красавицу, говорил:
– Пора. Прощай, моя несравненная жемчужина, и не забывай меня.
– Подожди! – отвечала она, смыкая прекрасные руки на его шее. – Разве ты
уходишь совсем? Но почему? Послушай, сегодня вечером, когда стемнеет, я опять
пришлю за тобой с



Назад