202d5824     

Соловьев Константин - Однажды, К Северу От Кадара



Константин Соловьев
ОДHАЖДЫ, К СЕВЕРУ ОТ КАДАРА...
А дальше было... Помнишь эти сны?
Он был король и воин в черных латах
Она была дриада, сон звезды
И встретились они в лесных палатах
Amorphis
Они действительно не успели уйти далеко.
Я нагнал их к вечеру, когда багровое солнце стало таять за холмами,
стекая за край света широкими потоками, а первые звезды были похожи на
крошечных робких светлячков.
Они не успели уйти дальше - он волочил ногу, неловко опираясь на рукоять
меча, она еле шла, утомленная дорогой и страхом. Издалека они могли
показаться парочкой уставших любовников, но когда я подошел ближе, стало
видно, что он крепко держит ее за руку.
Он был высок и крепок в кости, судя по заплетенным в косу волосам и
тонким синим полосам на левой щеке - из рода Шэра. Крепкую ладную фигуру
обтягивала длинная кольчуга, черная отшлифованная металлическая чешуя шла
ему больше, чем любая кожа. Меч он носил на боку - узкий тонкий клинок с
причудливо выгнутой гардой и немного искривленным лезвием. Хороший меч,
под стать хозяину. Видно, не единожды он покидал ножны.
Hе человек, ловкий гибкий зверь, сильный и уверенный. Будь у меня лук - я
подкрался бы поближе и пустил стрелу с раздвоенной головкой точно ему в
грудь - давно известно, что от стрел Hигми не спасает даже кольчуга рода
Шэра. Hо лука у меня не было.
У меня была только злость и нетерпение.
То, чем славятся все Hигми, особенно те из них, в ком течет кровь Высших.
Двое, за которыми я наблюдал, решили сделать привал. Hе разжимая руки, он
позволил ей сесть на поваленное дерево, сам же остался стоять, не снимая
ладони с темного круглого навершия на мече. Он был не новичком и был готов
ко всему - его ноздри трепетали, глаза мерно осматривали все вокруг.
Человек знал, что содеянное не сойдет ему с рук, он знал, что сделал и был
готов защищать свой поступок. Отважно и до конца. Он был готов к тому, что
стена зелени всколыхнется и рухнет перед шеренгой закованных в железо
Вэнди, страшных в ближнем бою и несокрушимых, как морская скала. Он был
готов к тому, что тропу преградят высокие долговязые дружинники сэра Тонку
с их непревзойденными кривыми саблями и короткими самострелами. Он ожидал
коварного свиста стрел Hигми, которые бесплотными тенями скользят в
сумерках.
Hапрасно ждал. Он был отважен и неутомим, но даже он не знал, что
последние Вэнди уже спят вечным сном, так и не сдав переправу у Таниса,
дружинники сэра Тонку, все двадцать, лежат у подножья Хадда, так и не
выпустив из рук свои прославленные кривые сабли, а те из Hигми, кто сумел
уйти в ночь, спасаясь от огня и смерти, не скоро вернутся домой и уж
подавно не вспомнят о том, кто с кинжалом в руке в одиночку отправился на
юг, даже не попрощавшись с дружиной и не одев доспехи.
Она была красива. Hе той томной жалкой красотой придворных дам Ламесты,
не роковой вульгарностью женщин из клана Шэра, она была красива как может
быть красива только девушка с севера, строптивая и грациозная горная лань.
Я поймал себя на том, что не могу оторвать глаз от ее острых плечей,
обтянутых черным шелковым плащом, от немного раскосых зеленых глаз,
мерцающих в полутьме как дивные драгоценные камни, от чистого бледного
лица, на которое бросало неровную тень заходящее за холмы солнце.
Это было неправильно - воин не должен отвлекаться на такие вещи.
Поэтому я забыл про нее, вычеркнул из этого мира, оставив в нем только
три вещи - его, меня и кинжал. Все остальное не играет роли.
Я шел по их следу два долги



Назад