202d5824     

Соловьев Дмитрий - Склон



Дмитрий Соловьев
СКЛОН
Часа три ночи... Что писать? Не хочу хронику... Хочу чтоб поняли, что у
нас внутри было. А потом пусть и судят. Поднимаю трубку, набираю
международный. Трубка тяжелеет... Я звоню матери Сергея, и знаю, что надо
спросить сейчас... Спросонья, но узнает... Я сразу к делу -- мол, что надо
написать, и хочу о Сереже... В трубке тишина. Ответ грубый и короткий --
пиши. Объясняю, о чем писать хочу. Она требует -- не указывай ни фамилий, ни
дат, напиши так, чтоб каждый своего брата, сына, мужа видел -- чтоб кожей
ощущал себя. Я недоумеваю, я ж не писатель -- если как исповедь написать --
кто ж это читать будет... В трубке слезы: "Димочка, ну ты же все помнишь,
просто пиши то, что знаешь, -- пиши то, что важно, что рвет внутри".
Гудки... Я напишу, выверну себя наизнанку но напишу... Сережи не стало через
месяц после того эпизода, о котором я напишу.
------------------------
Пот -- сплошной ручей, едкий, как керосин -- глаза жжет углями...
Бежать, бежать, бежать... Саднит бедро, рассеченное бедро, но надо бежать...
Рядом бежит Серега, он в норме, да и пловец -- и бегает как
электричка...Там, наверху, двое духов приковали семерых наших ребят на
пологой стороне, и мы должны бежать быстро. Духи пытались достать, но склон
крутой и с перепадами, слева зеленка, да и зигзагом в разброс идем -- по
двоим, движущимся противоположно, трудно попасть. Ритм надо менять. Но куда
его ритм, когда легкие уже как полиэтиленовый пакет, и вдруг простреливать
прекратили... Это плохо, не так что-то... У меня остался один рожок -- на
бегу зашвыриваю Сереге -- он целый, он -- дойдет. Интуиция подсказала еще,
как увидел шевеление в зеленке -- вот почему не стреляют. Если они сейчас
чуть спустятся и зайдут сзади -- писец. Что делать... Легкие выворачивает,
бедро саднит сильнее...
Серега матом орет:
-- Ты, что сукой меня считаешь, ты же пустой!
-- Что ж ты орешь!..
Показываю ему по склону, потом на зеленку... Сквозь зубы цежу -- "Беги
дурак, беги-и-и-и! Там ребята ждут..."
Придется импровизировать... Горло горит как печь, все в пузырях...
Вижу, Серега уже пошел -- быстро и грамотно. Дойдет! Чувствую прилив. Ну,
спаси и сохрани... Рву к зеленке, бросаю под ноги автомат -- ну и хер с
приказом не бросать -- там семеро, а это сейчас железяка, если не брошу у
духов -- их потом будет девять... Сейчас выход только купить их на игру в
труса-десантника, для них я желанный "трофей"... Это для них экзотика -- они
десантуру боятся и знают -- просто так не поверят... Ну, надо убеждать...
Ору как сумасшедший: "Заебали суки! Хочу домой! На хер почки рвать, заебало
мясом быть... Всех ненавижу!" Пусть решат, что уехала крыша -- в это
поверят. Впрыгиваю в зеленку. Рассеченное бедро -- сука, на сломанную ветку,
чувствую, как слезла повязка, и что теплое течет по колену. Бежать! Надо
бежать... Бежать в сторону, чтобы у Сереги был шанс...Серега парень молоток
-- он крепкий...
Слышу треск в метрах тридцати сзади, потом еще... Как будто трое -- не
справлюсь никак -- ослаб, да и нога не слушает. Двух еще можно, но не
трех... Главное бежать, чтобы их растянуть -- если схватят втроем, то мне
крышка, боекомплект по нулям -- уже вторые сутки... Страшно... Но там
Серега, хер его знает, что он обо мне подумал если слышал, что я орал...
Ведь суки сзади не стреляют -- хотят взять... Пидоры... Вот пропаду и
прослыву трусливой сукой... Но ведь там семь и Серега, и если они будут
жить, то я хоть петухом согласен... Теперь главное расс



Назад