202d5824     

Солоухин Владимир - Посещение Званки



Владимир Солоухин
Посещение Званки
- Званка? А что это такое - Званка? Верно опять какой-нибудь развалившийся
монастырь? Или, может быть, передовой совхоз?
Мы плыли по Волхову на "Ракете", и вот-вот должно уж было расплеснуться
перед нами синее, не по-южному, не по-крымскому, не по-адриатическому, но
по-северному синее море. Ильмень. Садко. Красногрудые рериховские струги на
синеве. Ослепительно белые барашки. И еще одно - плоские, ярко-зеленые берега.
Ведь если южное море, то обязательно скалы, песок с галькой, желтая степь.
Сухая полынь, чебрец, перекати-поле. Сухие курганы и орлы, сидящие на них. А
здесь - зелень, сочная, как на заливном лугу. Здесь ромашки, купальницы,
розовый горец. А если камень, то округлый валун, от которого веет былиной и
который навеивает не виденье печенега или татарина, но викинга, закованного в
броню и снявшего шлем, так что светлые кудри по железным плечам. Русь.
Мы, группа московских интеллигентов, собрались тогда в Новгороде на
конференцию, посвященную тысячелетию культуры этого города. Актеры, филологи,
архитекторы, писатели, археологи, художники, музыканты. Энтузиасты. Были речи,
доклады, постановления. И была прогулка по Волхову на "Ракете" с прицелом на
Ильмень-озеро, синее в плоских ярко-зеленых ромашковых берегах. С округлыми
валунами и серыми избами деревень, в которых и зарождались и хранились веками
все лучшие загадки, сказки, песни, пословицы и былины.
Озеро готово было вот-вот расплеснуться перед нами, как вдруг возникло это
коротенькое и чем-то знакомое (все же - московские интеллигенты!) словечко
"Званка".
Возникло оно не случайно. Это я пустил его "в массы" на борту "Ракеты",
или даже, вернее, не я, а мой товарищ Володя Десятников по моему наущению и по
моей просьбе.
Десятников - человек дела и действия. Это и правильно в наш двадцатый век.
Много мы говорим, долго собираемся что-нибудь сделать. Иногда все так и
кончается разговорами да собраниями. Откладываем до следующего раза, до
будущего года, а практически навсегда. Взять хотя бы меня. Я всегда мечтал
побывать в Званке, а теперь, попав в Новгород, решил: вот как следующий раз
приеду сюда, так и соберусь, обязательно съезжу в Званку. Я, правда,
предпринял некоторые шаги. Сходил в областную газету и расспросил, где Званка,
как до нее проехать. Мне сказали, что нужен вездеход, а ехать все время по
берегу Волхова - километров семьдесят. Я хотел съязвить и спросить, на каких
вездеходах ездил туда хозяин Званки в восемнадцатом веке, но придержал язык.
Тут выяснилось, что редакционный шофер заболел, и моя идея начала вянуть на
корню, а я не стал настаивать или искать новых путей, а решил про себя: в
следующий раз.
Оказавшись на борту "Ракеты", я без задней мысли и злого умысла поделился
с Володей Десятниковым:
- Конечно, неплохо и без цели всякой прокатиться по Волхову. Но почему бы
не воспользоваться "Ракетой" и не съездить в Званку? Для этого нужно желание и
согласие всех. Но разве всем тоже не интересно побывать в Званке? Массы
податливы. Надо заронить (привнести) идею, создать общественное мнение, а
затем предложить. "Ракете" придется развернуться и идти в противоположную
сторону. Но не все ли равно "Ракете", куда ей идти?
Володя мгновенно поддержал меня, и мы составили нечто вроде заговора. Мы
слышали, как на "Ракете" говорят об Ильмень-озере, о Новгородском кремле, о
реставраторах Грековых, о чем угодно, только не о Званке. Но эксперимент уже
был начат. Володя уже отошел от меня, смешалс



Назад