202d5824     

Соловьев Владимир - Поэзия Графа А К Толстого



Владимир Сергеевич Соловьев
Поэзия гр.А.К.Толстого
Алексей Толстой, как и Ф. И. Тютчев, принадлежит к числу
поэтов-мыслителей; но в отличие от Тютчева - поэта исключительно
_созерцательной_ мысли,- гр. А. К. Толстой был поэтом мысли _воинствующей_ -
поэтом-борцом. Конечно, _не_ в смысле внешней практической борьбы. Всякий
истинный поэт невольно повинуется запрету, выраженному Пушкиным: "не для
житейского волненья, не для корысти, не для. битв" {1}... Но, оставляя в
стороне житейские и корыстные битвы, поэт, "рожденный для вдохновенья",
может вдохновляться и на борьбу - достойную поэтического вдохновения. Наш
поэт боролся оружием свободного слова за право красоты, которая есть
ощутительная форма истины, и за жизненные права человеческой личности.
Сам поэт понимал свое призвание как борьбу:
Господь, меня готовя _к бою_,
_Любовь и гнев_ вложил мне в грудь,
И мне десницею святою
Он указал правдивый путь... {2}
Но именно потому, что путь, указанный поэту, был _правдивый_, и борьба
на этом пути была борьбою за высшую правду, за интересы безусловного и
вечного достоинства; она возвышала поэта не только над житейскими и
корыстными битвами, но и над тою партийною борьбой, которая может быть
бескорыстною, но не может быть правдивою, ибо она заставляет видеть все в
белом цвете на своей стороне - и все в черном на стороне враждебной; а
такого равномерного распределения цветов на самом деле не бывает и не будет
- по крайней мере до Страшного суда.
122
По чувству правды, Толстой не мог отдаться всецело одному из враждующих
станов, не мог быть партийным борцом - он сознательно отвергал такую борьбу:
Двух станов не боец, но только гость случайный,
За правду я бы рад поднять мой добрый меч,
Но спор с обоими - досель мой жребий тайный,
И к клятве ни один не мог меня привлечь;
Союза полного не будет между нами -
Не купленный никем, под чье б ни стал я знамя,
Пристрастной ревности друзей не в силах снесть,
Я знамени врага отстаивал бы честь! {3}
II
Для характеристики и оценки поэта очень важен вопрос об отношении его
собственной сознательной мысли к его делу: как он понимал и за что принимал
поэзию? С этой точки зрения все поэты нашего века (я ограничиваюсь здесь
одними русскими и из них только почившими) распределяются на три
естественные группы. Первая достаточно обозначается одним именем - Пушкина.
Здесь отношение мысли к творчеству - непосредственное, органическое,- в
процессе творчества сознание не отделяется от самого дела,- нет никакого
раздвоения в поэтической деятельности. Как чистый поэт, поэт-художник по
преимуществу, Пушкин прямо дает нам совершенные образцы красоты, не
тревожась общим вопросом: что такое поэтическая красота, как она относится к
жизни, какое ее место и значение во вселенной? Не то чтобы поэт вовсе не
думал и не говорил о своем деле. Но это были случайные, преходящие мысли по
поводу поэзии, а не окончательный отчет сознания об ее сущности и значении.
Несмотря на свой - правда, поверхностный - байронизм, Пушкин никогда не
сомневался в правах красоты и поэтического мировоззрения, а потому и не
давал себе ясного отчета об этих правах. Он и не брал совсем этого вопроса в
его общности и глубине. Лишь мимоходом указывал он на различные внешние
признаки словесного творчества.
Поэтическое вдохновение, по свидетельству Пушкина, есть нечто особенное
или исключительное, не сливающееся с повседневною жизнью. Драгоценное
показание великого поэта о процессе творчества, важный факт психо



Назад